Cлучилось это ранним утром лет двадцать тому назад… Была у меня собака, совсем щенок, гулять звала рано-рано. Шли мы с ней, никого не трогали, да и трогать было некого, на улице – шаром покати!..
Вдруг, в спину мне, возглас, - Эй! Ты… Поди сюда!..
Обернулся, на перекрёстке стоит милицейская машина, из окошка выглядывает здоровенный, одуревший от скучного дежурства, сержант. Хочется ему развлечься, а на улице только я со щенком…
-Ты!.. Ты!.. Поди сюда…
И я пошёл. Сделал три шага. Потом, буквально, схватил себя за шиворот, заставил остановиться… - Ребята, у меня к вам вопросов нет. Если хотите спросить чего, выходите из машины.
Сказал – и тихонько пошёл по тротуару, ожидая неприятностей и спиной ощущая холодную злобу и одновременно растерянность. Растерянность пересилила, мотор заурчал, машина проехала мимо, не удостоив меня вниманием.
Прошло двадцать лет, но до сих пор не могу себе простить тех трёх шагов. Трёх раболепных, испуганных шагов готового принять унижение человека.
Мы привыкли, или нас приучили к тому, что любая власть имеет право нас унизить, оскорбить, заставить. И мы унижаемся в присутственных местах, в которых предусмотрено всё – длинные полутёмные коридоры, в которых нет скамеек, ободранные запертые двери, безумные очереди – для того, чтобы мы, посетители, знали своё место. Мы привыкли к хамству столоначальников, - Я одна, а вас много… Мы выработали особые заискивающе-просительные интонации. Мы научились наклоняться… Обратите внимание – даже касса, в которой вам выдают зарплату, прорезана так, чтобы вы стояли в униженно- просительной позе – наклонившись к окошку и нелепо оттопырив зад… - Не будете ли столь любезны, выдать мне получку…
Согласитесь, само слово – «получка», столь принятое в нашем обиходе, несёт некую унизительную окраску, слышится нем нечто от «подачки».
Даже продавцы в государственных магазинах – начальники, они при исполнении, им никто не говорил, что покупатель всегда прав…
Как то, рассвирипев от стояния у прилавка, за которым так долго не было продавца, вздрюченный хамским, - А, что я выйти не имею права! – не выдержал, ляпнул…
- Придёшь ко мне на аборт… Я тоже пол операции сделаю и пойду покурить…
Господа! Эта дурацкая фраза – подействовала… Наглая представительница «распределительной» власти, неожиданно засуетилась, заизвинялась, задёргалась…
Власть еще не усвоила, кто для кого существует. Власть не усвоила, что мы, налогоплательщики, ее содержим. Власти, еще кажется, что деньги на ее собственные «получки» берутся откуда-то из воздуха, а вовсе не из нашего с вами кармана. Власти, пока позволено, захлопывать перед нашим носом двери: – Не положено!.. Куда прете!.. Вас позовут!..
Власть любит секреты. Секреты власти, ее закрытость и таинственность – не что иное, как дымовая завеса, прикрывающая то, что называется коррупцией.
Дымовая завеса чванства, дает возможность власти прятать от нас свои злоупотребления, вымогать из нас униженные благодарности.
Я строил кооперативную квартиру. Некая дама от власти, вся в золотых кольцах, достала душу - в моей родительской квартире, с которой я хотел съехать в свой дом, было двадцать квадратных сантиметров лишней площади. За эти двадцать сантиметров она и измывалась. Даму посадили за взятки. Мне объяснили – нам с отцом, как членам творческого союза положены льготы. Дама измывалась для того, чтобы мы поняли – ей надо платить.
Скажете – это было давно и неправда? Ой, ли?!.. Оглянитесь вокруг, да попристальней…
Где выход? Можно на всех перекрестках читать проповеди, бичуя пороки властей предержащих, толку от этого – чуть…
Человек должен обретать чувство собственного достоинства!
- Эка, сказанул… Да где же его взять, это самое чувство, подскажи адресок, где выдают?..
Нигде не выдают – оно приобретается вместе с собственностью. Если я наладил успешное производство, значит я не дурак, я буду уважать себя и заставлю делать это других… Если я сделал открытие, изобрел, что-то – это мое имущество, интеллектуальная собственность – значит я чего-то стою, я буду себя за это уважать и заставлю уважать других… Если я придумал, как оказать людям необходимую им услугу и они ко мне потянулись, неся свои кровные – я стану богатым и уважаемым, меня станут уважать все вокруг…
Богатый человек, если он не мздоимец, не грабитель, не вор – это человек умный и трудолюбивый, следовательно – уважаемый.
Человек, который не пропил, не промотал, а приумножил «батьковщину» - достоин уважения.
Человек, которому Господь дал талант и он этот талант не закопал в землю на поле дураков, а развил, огранил и приносит людям радость своим мастерством – должен быть богатым и уважаемым.
Богатым и уважаемым должен быть человек, который учит других людей, как быть богатым и уважаемым, богатым и уважаемым должен быть человек, который бережет здоровье людей, который охраняет их, богатым и уважаемым должен быть государственный муж, который служит богатым и уважаемым гражданам своей страны.
Я терпеть не могу людей, которые канючат, – Легко тебе говорить, а как сделать?..
Не знаю, как… Знаю одно – нужно делать… Ошибаясь, падая, попадая в тупик, но делать! Бороться, а не канючить, быть уверенным в себе, а не опускать руки… Дело это долгое и трудное, не у всех будет получаться, но у кого-то получится, не взирая ни на что, кто-то, поглядев, что у соседа получилось, попробует сам… Не нужно бороться за счастье коренного населения африканской республики Бенин – давайте поборемся за счастье собственной семьи, давайте приложим к этому руки, умельство, фантазию…
- Так, не дают же!..
- Ну и не дают! А, кто сказал, что должны давать!.. И, кто должен давать! И – почему, давать!
Добейтесь. Докажите. Убедите. Настаивайте. Сделайте. Победите…
Только победив, вы сможете уважать себя.
Только уважая себя, вы сможете добиться уважения общества.
Олег Белоусов
Выставочный зал