Выставочный зал

 

 

 

ХРОНИКА БЕЛОРУССКОЙ ПИСЬМЕННОСТИ.

(Попытка заочного интервью)

 

         Справка: Владимир Орлов родился 25 августа 1953 года в Полоцке. Окончил исторический факультет Белорусского Государственного университета. Автор более двадцати книг прозы, поэзии, исторических очерков и эссе. За вклад в разработку темы исторического прошлого Беларуси, награжден медалью Франциска Скорины. Лауреат Литературной премии имени Франтишка Богушевича Белорусского ПЭН-центра. Произведения Владимира Орлова переведены на 25 языков мира.

        

         Встретиться с Володей в ближайшие дни нам не удалось. Живет он, весь в делах, в основном на колесах. А к  празднику белорусской письменности очень хотелось мне подготовить вот эту самую хронологию. Поэтому ограничился телефонным разговором, в котором Володя сыпал именами и датами, как истинный историк; забавными историями и байками, как прозаик, поэт и эссеист. Так легла карта в его жизни – сам не поймет, кто он более, пишущий историк или писатель с историческим образованием. Поэтому телефонный разговор закончился фразой: «Алег, прабач, я у жуткім цейтноце… Толькі прыехау і праз колькі часу мушу з”язжаць зноу… Пагартай мае “Таямніцы Полацкай гісторыі”, энцыклапедычныя даведнікі ды кніжку “Мысліцелі і асветнікі Беларусі”, там знойдзеш амаль усе. Ну, і мы ж з табой шмат пра што гаварылі…”

         Так и получилось, что пишу это интервью заочно, по книгам.

        

         Изяслав: Князь Полоцкий (около 981 – 1001) Сын Полоцкой Княжны Рогнеды и Владимира Красно-Солнышко, известного тем, что крестил Русь. Изяслав, защищая мать, совершившую в отместку за убийство отца Рогволода,  и братьев, за насилие над ней и поругание родной земли, попытку покушения на князя Владимира восстал против жестокости и несправедливости своего родителя. За что, был вместе с матерью сослан в Заславль (город его имени), где Рогнеда стала первой в истории восточных славян черницей, монахиней. А сын ее Изяслав (цитирую): «Первый из восточнославянских князей, кого летописи называют книжником. Именно он ввел в Полоцке письменность и учение грамоте. Печатка с его именем, которой закреплялись княжеские грамоты, считается одним из древнейших памятников белорусской письменности.

         Рогнедин сын останется в истории, как первый белорусский просветитель и, как князь, который восстановил в древней кривицкой столице полоцкую династию. Начиная с него, все потомки Рогволода неизменно называли себя Рогволодовичами,  а не Рюриковичами, как остальные «русские» князья».

         Ко всему этому хочу добавить еще одну выдержку из знаменитой Никоновской летописи, повествующую о первом Рогволодовиче: «Бысть же сий князь тих и кроток, и смирен, и милостив, и любя зело и почитая священничиский чин иноческий, и прилежаще прочитанию божественных писаний, и отвращаяся от суетных глумлений, и слезен, и умилен, и долготерпелив».

         В Изяславле-Заславле (сегодняшняя станция Беларусь) тихо струятся, плывут в Свислочь две речушки – Княгинька и Черница, как напоминание о судьбе Рогнеды и ее сына, первого книжника на Беларуси.

 

         Евфросинья Полоцкая. (Светское имя Предславаа. 1110? – 1176). Девочке, которая родилась в семье князя Святослава-Георгия сына Всеслава Чародея дали имя, которое носила еще бабушка гордой Рагнеды. Видимо дала себя знать через три поколения кровь книжника Изяслава - Предслава проявила с детских лет тягу к книжной мудрости. Приглашенные отцом  образованные монахи, научили девочку читать и писать. Когда вошла в возраст состоялся у нее с отцом примерно такой разговор (цитирую по книге В. Орлова):

-         Разве нет утехи в том, чтобы княжичей родить?

-         Вместе с княжичами рождаются и кровавые усобицы.

-         Что тебе до мужских усобиц. Живи с князем своим.

-         На меч упадет мой князь, а детей братья убьют.

-         У кого разуму учиться будешь, как не у мужа?

-         У книг, что мудрость собрали, как пчелы мед.

-         А семья твоя, где будет?

-         Весь свет - моя семья…

И, видимо, 25 сентября в день Святой Евфросиньи Александрийской приняла юная княжна постриг и занялась перепиской книг, организацией библиотек и строительством монастырей. Таков был подвиг ее, поэтому в «Житии…», которое было посвящено и жизни ее и подвигу ее, автор вложил в уста Евфросиньи такие слова: «И еще же за все имение имею книги сея. Ими же утешает ми ся душа и сердце веселится». Так велик был подвиг ее, так значительны деяния, так высока образованность, такова была в ней благодать Господня, что вот уже тысячу лет признают ее (цитирую): «…небесной заступницей Беларуси, а у зямным жыцці найадукаванейшай жанчынаю свайго часу ва усей Еуропе, выдатнай асветніцай, пра якую скажуць: “Еуфрасиння неопарны орел, попаривше от Запада и до Востока, яко луна солнечная, просветиша всю землю Полоцкую».

 

Кирилл Туровский (около 1130 - около 1182): В канонической церковной биографии этого замечательного писателя и проповедника, в «Житии» сказано о нем: «Гэты шчасны Кірыла нарадзіуся і выхавауся у горадзе Тураве. Сын заможных бацькоу, ен не любіу, аднак жа, Багацця і тленнай славы гэтага свету; але найперш старауся спасцігнуць вучэнне боскіх кніг і добра напрактыкавауся у боскіх пісаннях». Современник Евфросиньи Кирилл Туровский, конечно же, знал о замечательной полоцкой просветительнице, возможно переписывался с ней. Ах! вот было бы чудо, если бы обнаружилась, нашлась хоть часть этой переписки. Какие высокие горизонты открылись бы перед исследователями белорусской словесности. Впрочем, вот фрагмент из его «Слова на антипасху». Послушайте, каким стилем, описывает наш земляк весеннее пробуждение природы.

«Ныне солнце красуясе к высоте восходить и, радуяся, землю ограваеть… Днесь весна красуеть, оживляюши земное естество, и бурніи ветри, тихо повевающе, плоды гобозують і земля семена питающе зеленую траву рождаеть. Весна убо красная вера есть Христосова, якоже крещением поражаеть человеческое паки естествою…

         Однажды я спросил у Владимира Орлова, - Володя, доходят глухие сведения, что и автором «Слова о полку Игореви» мог быть Кирилл Туровский. Он почти современник событий, ему внятны и близки были предания о Всеславе Чародее. Да, и не было в то время на Руси поэта, которому по плечу была бы стилистика знаменитого «Слова»?

         Поэт Орлов улыбнулся, ученый историк Орлов улыбку пригасил, - Бачыш у чым справа… Навука – рэч дакладная. Не зауседы тое, што вельмі хочацца, адпавядае ісціне…

-         Значит, ты считаешь, все же, что автором  “Слова” является мифический Боян?..

-         Я лічу, што пытанне пра аутарства “Слова пра паход Ігара” да сення у навуцы, так бы мовіць, адкрытае…

 

Ян Литвин (Jon Lettou): Какими ветрами закинуло нашего земляка в Англию – Бог весть!.. Но именно он в 1480 году основал в лондонском Сити типографию, в которой издал антитурецкую индульгенцию папы римского СикстаIV, потом «Размыщления о 12 книгах метафизики Аристотеля», комментарии к псалмам и иные книги. Английские историки почитают своего первопечатника Джона Литова, не скрывают его происхождения, с почтительной благодарностью относятся к его памяти.

 

Францыск Скоріна (1490? – 1551?) Родился в Полоцке, в семье купца Луки Скорины. Первоначальное образование получил в Полоцке и возможно в Вильне. После чего поступил в Краковский университет. Обратите внимание, что на рубеже ХV-XVI столетий купеческий сын из Полоцка мог в своем родном городе получить образование, дающее ему право и возможность поступить в один из самых древних и самых чтимых в Европе университетов, в котором к тому времени преподавали Ян Полоцкий « литинский язык, а еще один наш земляк Ян из Местечка Мосты «Этику» и «Метафизику» Артстотеля, там же преподавал и еше один наш земляк Ян Глаговский, у которого учился сам Николай Коперник. Такова была жизнь на нашей родине в те далекие времена, что способный юноша, желавший продолжить образование и неудовлетворенный званием доктора наук «вызволеных» Краковского университета запросто мог податься в Падую и сдать там экзамены на звание доктора медицины, что Скорина и сделал в 1512 году . Земляки наши, которые окажутся в этом чудном итальянском городе, могут поинтересоваться в местном университете – там и сегодня сохранилось, выбитое на стене имя Франциска Скорины, среди имен иных выпускников, закончивших Падуанский университет с отличием. А далее в судьбе Скорины наступают фантастические времена. Обосновавшись в Праге он переводит на старобелорусский язык (или на старорусский, что почти одно и тоже) Библию, участвует в ее иллюстрации и издании. Почему доктор «в науках лекарских» решил посвятить себя издательской деятельности поясняет сам Скорина. «Будучи лекарем телесным досконалым, видяй вси речи телесные, иже суть суетны и минущи, возжале быти  лекарем душ наших… Знал убо, иже не толико жив ест человек хлебом или лекарством, но более всяким словом». И уже 6 августа 1517 года (вот когда по всем законам Божеским и человеческим должен был бы отмечаться по настоящему День белорусской письменности) в Праге вышла первая его книга «Псалтырь», предваренный в авторском предисловии таковыми словами: «…Я, Франтишек, Скоринин сын с Полоцка, в лекарских науках доктор, повелел есми Псалтырю тиснути рускыми словами и словенскым языком напред ко чти и к похвале богу в троици единому и пречистой его матери Марии… а потом к пожитку посполитого доброго, найболей с тое причины, иже мя  милостивый бог с того языка на свет пустил».

Велик подвиг Скорины, велики и необычны деяния его, переведшего и напечатавшего 23 Библейские книги на язык «посполитых», простых людей и тем самым приобщивший Беларусь к общеевропейской цивилизации. Я же хочу  привести здесь еще одну цитату: « Понеже от прирождения звери, ходящие в пустыне, знають ямы своя, птици, летающие по воздуху, ведають гнезда своя, рибы, плавающие по морю и в реках, чують виры своя, пчелы и тым подобная боронять ульев своих, - тако ж и люди, игде зродилися и ускормлены суть по бозе, к тому месту великую ласку имають».

 

Иван Федоров (около 1510 – 1583) Место его рождения неизвестно, но исходя из геральдической трактовки  принадлежавшего ему книжного знака, можно судить, что происходил  он  из белорусского рода Рагозов. В 1555 году трудился в Москве в так называемой анонимной типографии, где вместе с Петром Мстиславцем издал первую точно датируемую русскую книгу «Апостол». В 1566 году из-за гонений со стороны реакционных светских и церковных кругов вернулся на родину, а в 1572 году переехав во Львов основал там первый на Украине типографский «варштат», на котором было напечатана в 1574 году первая точно датируемая украинская книга «Апостол» (повтор московской).

 

         Мелентий Смотрицкий (Светское имя Максим Герасимович; 1575-1633) После штудий в университетах Лейпцига, Нюрнберга, Витенберга, жил в основном в “маентке” князя  Б. Соломорецкого, под Минском. В 1619 году в Евьи (под Вильней) издает “Граматики словенския правильное синтагма”. С этого момента белорусская письменность обретает практическиое руководство, доступный учебник для народа. “Грамматика” Смотрицкого “работала”, как живой учебник русского языка целых 150 лет. По этой “Грамматике”  учился правильно писать по русски М. Ломоносов.

 

Симеон Полоцкий (Самуил Гаврилович Петровский-Ситненович. 1629-1684). Судьба этого белорусского филосова, поэта, просветителя, теолога – удивительна и поучительна. Во время его ученичества шла война между Московией и ВКЛ. Отец ПетраI, Алексей Михайлович разорял наш край, прикрываясь идеей братской помощи православному населению. Симеон, изучая в Киеве, а потом в Вмльне риторику, теоретическую и практическую поэтику, натурфилософию и этику, ухитрился будучи православным, вступить в униатский орден базильянцев и, прекрасно зная славянскую и заподноевропейскую культуру Симеон стремился к их синтезу, поэтому ему близки были идеи экуменизма, программы объединения всех христианских конфесий. Понимая, что «когда говорят пушки, музы молчат» Сімеон Полоцкій искал в Европе место тихое и спокойное, в котором можно было беседовать с музами. Уезжая из Полоцка - писал:

                            «Что я стяжу в дому? Что изучуся?

                            Лучше в странствии умом обогачуся».                  

В 1664 году принял приглашение переехать в Москву. Для организации латинской школы и обучения детей царя: царевны Софьи и будущего реформатора России Петра. Там же в Москве ему удалось осуществить свою мечту основать при царском дворе независимую от патриарха Московского, светскую типографию.

Как-то я спросил у Владимира Орлова, - Володя, а почему так и не вышел на экраны твой фильм о Симеоне Полоцком? – Бачыш у чым справа, - адказау аутор, - Жартачкі да добрага не даводзяць… У фільме, які быу зроблены для расійскага тэлеканала я дазволіу сабе жарт, сказау, што падчас арганізацыі Сімяонавай друкарні, колькасць друкарань у Маскве павялічылася адразу удвая – была адна, зрабілася дзве і гэта пры тым, што на нашай радзіме іх было ажно 134… Фільм знялі з экрана.

В Москве Полоцкий составил проект первой в России высшей школы  “Славяно-греко-латинской Академии”, той самой в которой впоследствии учился Михайло Васильевич Ломоносов. Именно в этой школе, по проихведениям Симеона он и обучался стихосложению. Здесь же , при царском дворе, организовал Симеон и первый на Руси театр, набрав в него сплошь белорусских полонян из Мещанской слободы. В театре ставились пьесы Симеона? “Комедия притчи о блудном сыне”, “О Навуходоносоре-царе”.

В предисловии к полному собранию своих поэтических произведений Симеон написал:

“Писах в начале по языку тому,

Иже свойственный бе моему дому.

Также увидев многу пользу быти,

Словенскому ся чисту учити”.

Когда рассуждают о прозападном направлении реформ Петра, не мешало бы иметь ввиду, что учителем его был один из самых образованных в тогдашней Европе людей, прекрасно знавший культуру западной Европы униатский монах, разделявший идеи экуменизма Симеон Полоцкий, а вовсе не забулдыга, хозяин харчевни в немецкой слободе, негоциант Монс.

 

Семенович Казимир (около 1600-1651) Генерал-лейтенант коронной артиллерии издал в 1650 году в Амстердаме, при поддержке эрцгерцога Леопольда-Вильгельма Габсбурга издал трактат “Великое искусство артиллерииЮ часть первая”. Эта книга была сразу же переведена почти на все европейские языки и на протяжении 150 лет была одной из основных европеяских научных работ по артиллерии, баллистике и ракетному движению. В книге описаны ракеты с хвостовыми стабилизаторами, многоступенчатые ракеты и иные пиротехнические сооружения намного опережающие время. В книге Семеновича цитируются более 200 авторов, использованы ссылки более чем на 260 источников, широко использованы произведения Платона, Аристотеля, Сенеки, Эвклида, Архимеда, Аполлона из Пергамо и др.

Попробуйте представить, что по учебнику нашего земляка, изучал артиллерию и бомбардир Преображенского полка Петр, и юный Наполеон Буонопарте.

               

Илья Копиевич (около 1651-1714) Еще одного нашего земляка Илью Федоровича Копиевича царь ПетрI встретил в Голландии во время своего «великого посольства». Слуцкий уроженец служил в Амстердаме кандидатом-пастором и как знаток языков, был приставлен к Петру в качестве гида и переводчика. Вдохновленный реформаторскими идеями Петра он подготовил и издал вначале в типографии Тэссинга, а впоследствии в соей собственной около 20 книг, в основном учебники, так необходимые для Росии. Я приведу только названия книг, переведенных и изданных Копиевичем. «Введение краткое во всякую историю»,  «Краткое и полезное руковедение во арифметику», «Уготование и толкование ясное и зело изрядное,  краснообразного поверстания кругов небесных», «Номенклятор (лексикон) на русском, латинском и немецком языке», «Морского плавания книга», «Святцы, или Календарь», «Руковедение в грамматику славено-российскую», «Риторика», «Поэтика», «Хроника», «Времяописание», «Летописи, или деяния», «Образцы склонений, спряжений по латыни, немецки, и русски», «Словарь по латински и русски», «Немецкая грамматика с русским толкованием». И, что характерно, именно Копиевич разработал и изготовил написание букв русского алфавита, принятое и сегодня, а также всю по  тем временам, конечно) научную терминологию русского языка.

 

На этом я, пожалуй, закончу очень краткий, выбирал только самые значительные фигуры, экскурс в историю белорусской словесности и письменности. Даже из этого списка можно представить и степень учености наших предков и их роль в развитии образования и образованности Европе. Я благодарю моего «гида» Владимира Орлова и надеюсь, что наш опыт заочного интервью получился убедительным.

 

 

                                                                  Олег Белоусов